«Высшая лига» мировой рыбной отрасли

Рыбная «высшая лига» меняется: аквакультура и дистрибуция усиливают позиции среди крупнейших игроков.

США, Норвегия и Япония остаются центрами мировой рыбной индустрии, однако их рынки устроены по-разному. Президент ВАРПЭ Герман Зверев анализирует, как концентрация бизнеса и результаты крупнейших компаний отражаются на устойчивости ведущих рыбных экономик.

Содержание

• Эффективность глобальных цепочек поставок уступает место новой геополитике
• Меняется мировая экономика — меняется мировой рыбный рынок
• Корпоративный срез мирового рыбного рынка
• «Высшая лига» мирового рыбного бизнеса: у каждого лидера своя модель

Эффективность глобальных цепочек поставок уступает место новой геополитике

После выхода из «искусственной комы», в которую была ввергнута мировая экономика во время пандемии, возникла иллюзия, что мир начал возвращаться в прежний режим. Но в 2022 году произошел геополитический шок, за которым последовал шок снабженческий. Обнаружилась фундаментальная уязвимость глобальных цепочек поставок. Теперь они определяются не параметрами экономической эффективности, а геополитическими факторами и соображениями безопасности. На месте эффективных цепочек появляются другие —  не вполне эффективные, зато отвечающие геополитическим реалиям.

Мир начал сползать к экономике дефицитов. К началу 2023 года рост цен на продукты питания в большинстве стран мира превысил 5%. Резко усилилось стремление государств к самообеспеченности основными видами товаров. Государства все чаще прибегают к административным ограничениям экспорта. В 2023 году более 7% мировой продовольственной продукции (в калориях) попало под внешнеторговые ограничения, в 2025 году (после начатой Соединенными Штатами Америки глобальной тарифной войны) под ограничениями — уже 12%. Напомню, в 2019 году этот показатель был равен нулю. На смену глобализации пришло дробление мирового экономического пространства. Это тоже качественно перенаправляет мировые торговые потоки.

Меняется мировая экономика — меняется мировой рыбный рынок

Свобода международных торговых потоков и появление в 2001 году после вступления Китая в ВТО «мировой рыбопромышленной фабрики» — вот две опоры ценовой стабильности мирового рыбного рынка в течение последней четверти века. И обе опоры расшатываются. Про несвободу мировых торговых потоков было сказано выше. Теперь про «мировую рыбную фабрику». Средние зарплаты в Китае в 1995 году были ниже, чем в США, в 50 раз, а в 2020 году — всего в семь раз. Цена на электроэнергию для промышленных предприятий в Китае — 11-12 центов (в США — 6-7 центов). На смену «дешёвому Китаю» пришёл «дорогой Китай». В том числе и на мировом рыбном рынке.

Изменение мирового рыбного рынка проявляется не только в расстановке основных игроков — изменение проявляется в расстановке основных товаров. Происходит «перепрошивка» мирового рыбного рынка.  За полвека, с 1976 года, возникли новые рынки. Крабы — почти 8 миллиардов долларов. Каракатицы и кальмары — почти 10 миллиардов долларов. Двустворчатые моллюски — свыше 4 миллиардов долларов. 12 процентов мирового рыбного рынка. Больше, чем треска, скумбрия, минтай и сельдь вместе взятые.

Экономические координаты мирового рыбного рынка меняются необратимо. Как это влияет на состояние корпоративного сектора мировой рыбной отрасли? Про расстановку «национальных сборных» на мировом рыбном рынке подробно и ежегодно рассказывает в специальном докладе Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO). Не буду повторяться и изнурять читателей избитыми банальностями (сейчас почти на каждом рыбопромышленном форуме самоназначенные «эксперты» на разные лады пересказывают доклады FAO). Расскажу о том, что пока остаётся за рамками обсуждений на рыбопромышленных форумах, — о рыбопромышленных корпорациях. Продолжая навеянную недавним чемпионатом мира по футболу аналогию, расскажу и о национальных сборных (странах), и о сильнейших клубах (крупнейших рыбопромышленных корпорациях).

Корпоративный срез мирового рыбного рынка

В отличие от публичного доклада FAO корпоративный срез мирового рыбного рынка анализируется не очень часто и не очень подробно. Исключение составляет рейтинг авторитетного информационного агентства Undercurrent «Seafood Titans 150: The Sector’s Largest Firms» (топ-150 наиболее финансово успешных корпораций мировой рыбопромышленной индустрии), на некоторых выводах которого, пожалуй, остановлюсь подробнее.

Сразу подчеркну, статистическая основа — данные Undercurrent, выводы — мои. Первое, на что обращают внимание специалисты Undercurrent, и что совпадает с моим прогнозом, высказанным в сентябре 2024 года, — «финансовый двигатель» мировой рыбной индустрии пока так и не набрал прежние обороты после торможения в 2021–2022 годах. Динамика финансовых показателей корпоративного сектора мировой рыбной отрасли в 2023–2025 годах оказалась значительно ниже аналогичного показателя «нулевых». Каждая пятая рыбопромышленная компания из топ-150 мировой рыбной экономики потеряла с начала 2022 года существенную долю выручки. Далее. Элита мирового рыбного хозяйства всё активнее пополняется не рыбодобывающими корпорациями, а аквакультурными предприятиями и игроками из сегмента дистрибуции. В минувшие два года оба этих сегмента стали основными источниками рекрутинга в топ-150.

Перечислим новичков 2024 года в рейтинге: Guangdong Evergreen Group — крупный производитель кормов и рыбовод из КНР; филиппинский переработчик тунца Century Pacific Food; японская сеть суши на вынос Zensho Holdings; крупнейший турецкий рыбовод Gumusdoga Seafood; активно скупающая активы в сфере морепродуктов индийская технологическая компания Captain Fresh; французский поставщик Seafoodia; NewPrinces Group, возникшая в результате продажи британской компании Princes' холдингом Mitsubishi Corporation; чилийский рыбовод Salmones Austral. Между прочим, два российских новичка в престижном рейтинге («Юнифрост» и «Инарктика») тоже из этих сегментов.

Конечно, мое исследовательское самолюбие потешило и то, что рейтинг Undercurrent подтвердил мой диагноз об опасных последствиях эскалации таможенно-тарифных конфликтов. Крупнейшие поставщики креветок AZ Gems и Devi Sea Foods понесли сокрушительные потери от введения высоких тарифов в США и крупнейший американский рыбопереработчик Acme Smoked Fish тоже пострадал от высоких импортных тарифов на европейский лосось и уронил выручку. Так что таможенные пошлины — это двустороннее оружие.

«Высшая лига» мирового рыбного бизнеса: у каждого лидера своя модель

Теперь о структуре рейтинга. Еще крепки в памяти футбольные аналогии, поэтому образно скажу так: мировой топ-150 — это «высшая лига» и «первая лига». Высшая лига включает тринадцать стран. Призовая тройка — Япония, Норвегия и США: 58 рыбопромышленных компаний из этих стран обеспечивают половину денежной выручки топ-150. В рейтинге представлены 19 японских компаний с суммарной выручкой $29,3 млрд, 14 компаний из Норвегии с суммарной выручкой $19,4 млрд и 25 компаний из США с суммарной выручкой $18 млрд. 

Обратим внимание на некоторые особенности рыбного бизнеса в странах — лидерах. Японская рыбная отрасль постепенно восстанавливается после почти двухдесятилетней стагнации и главным способом финансового роста является активная зарубежная экспансия. Крупнейшие японские рыбопромышленные конгломераты — Nissui Corporation (номер 3 в топ-150), Mitsubishi Corporation (номер 8) и Kyokuyo (номер 12) нарастили свои возможности за счет зарубежных сделок. Этот процесс, без сомнения, продолжится, но с финансовой точки зрения такой способ роста весьма уязвим.

Рыбная индустрия США — в этой стране наиболее количество корпораций-участников топ-150 — имеет меньший индекс концентрации, чем японская и норвежская. Меньший уровень концентрации рыбной индустрии в США обеспечивает ей большую устойчивость в плохие времена, исключая резкое падение совокупных показателей национальной индустрии в случае финансовых трудностей у лидера рынка (именно так, например, произошло в Японии, где падение выручки Mitsubishi Corporation на 23% снизило средние показатели рыбной индустрии Японии на 1,5%). Однако меньший уровень концентрации не позволил даже гигантам американской рыбной индустрии — Trident Seafoods и Red Chamber Group — войти в первую десятку рейтинга топ-150.

В Норвегии самый высокий средний показатель роста корпоративной выручки среди трех стран и самый высокий уровень концентрации рыбного бизнеса. Норвегия — единственная страна, в которой национальный отраслевой лидер — компания Mowi (номер 2 в топ-150) — генерирует треть совокупной национальной выручки рыбопромышленного сектора. Ещё одна особенность норвежского рыбного бизнеса — высочайший уровень волатильности денежной выручки корпораций. Так, Norsk Sjomat Holding и Nergard Group зафиксировали 36-процентный рост выручки, а, например, Insula — 26-процентный убыток, Bremnes Seashore — 20-процентныы убыток.

Помимо тройки лидеров в «высшую лигу» мировой рыбной отрасли входят еще десять стран. 57 корпораций из этой десятки обеспечивают 37% совокупной выручки рейтинга топ-150. Канада представлена в рейтинге восемью компаниями с выручкой $7,70 млрд. Испания — десятью компаниями с выручкой $7,17 млрд. Россия — восемью корпорациями с выручкой свыше $5 млрд. К большому удивлению неспециалистов Китай — супергигант мировой аквакультуры — представлен только семью компаниями с выручкой $5,46 млрд. Таиланд — три компании с выручкой $5,37 млрд. Чили — шесть компаний с выручкой $4,52 млрд. Эквадор — шесть компаний с выручкой $4,36 млрд. Южная Корея — две компании с выручкой $3,95 млрд. Великобритания — четыре компании с выручкой $3,32 млрд. Нидерланды — четыре компании с выручкой $3,29 млрд. Про «высшую лигу» — всё.

Корпорации из двадцати стран, расположенных в рейтинге ниже, обеспечивают 13% выручки рейтинга. Я называют их «первой лигой». Любопытно, что несколько рыбопромышленных корпораций входят в топ-150, а страны, в которых они работают, в «высшую лигу» не входят. Например,  FCF Co (Тайвань), Bolton Group (Италия), Bukkafrost (Фарерские острова). Три указанные компании почти полностью формируют национальную выручку в рыбном секторе.

Уверен, что анализ корпоративного среза мировой рыбной отрасли позволяет настроить куда более точную оптику измерения экономического состояния мирового рыбного хозяйства, поэтому продолжим эту исследовательскую работу.

Источник: sfera.fm