Во всём виноват импорт? Что не так со статьёй «Лосось по цене золота»

В «Парламентской газете» импортную аквакультуру объявили причиной дороговизны рыбы, снижения её потребления и угрозой здоровью. Однако вместо доказательств читателю предлагают подмены: весь импорт приравнивают к выращенной рыбе, отдельные нарушения — к опасности целой категории, а различия в цене — к навязыванию продукции.

Для столь серьёзного издания крайне странно публиковать материал Александра Савельева с голословными обобщениями и арифметическими противоречиями. Статус отраслевого комментатора не освобождает автора от проверки цифр, а редакцию — от ответственности за содержание.

Арифметика не сходится

Импорт на 3,1 млрд долларов якобы «в полтора раза превышает» экспортную выручку. Но ниже сама публикация оценивает экспорт в 6,4 млрд. Получается, импорт составляет менее половины экспорта. Итоги Росрыболовства за 2025 год также показывают обратное заявленному: экспорт — 6,1 млрд долларов, импорт — 3,5 млрд.

Не весь импорт — аквакультура

Оценка Рыбного союза в 680 тыс. тонн относится ко всему импорту рыбы и морепродуктов. В него входят сельдь, скумбрия, икра мойвы, продукция из сурими. Автоматически записывать их в аквакультуру нельзя. Включены и поставки из Белоруссии — не «дальнего зарубежья». Расчёта, подтверждающего, что импортная аквакультура занимает треть российских прилавков, статья не содержит.

Статистика — не средняя температура

Росстат наблюдает цены товаров-представителей в магазинах, а не просто делит выручку всего рыбного рынка на проданные тонны. Источник показателя 987,5 рубля за килограмм автор не раскрывает. Рост доли дорогих товаров может повысить среднюю стоимость покупки, но не объясняет подорожание конкретного минтая или сельди. Смешивать ассортиментный эффект и изменение сопоставимых цен некорректно.

Безопасность определяет контроль

Перечень потенциальных загрязнителей не доказывает, что выращенная рыба опаснее дикой. EFSA в сравнительной оценке не установило устойчивых различий между ними по безопасности и пищевой ценности. Значение имеют вид, среда и рацион.

Антибиотики требуют контроля, но их применение не означает неизбежного наличия опасных остатков в продукте. В норвежском мониторинге за 2024 год остатки антибиотиков в проверенных образцах не обнаружены. Это не гарантия для всех поставщиков, но контрпример обобщению. Нарушения отдельных предприятий требуют адресных мер, а не обвинения всей аквакультуры.

Цена требует расчёта

Сравнивать импортную сёмгу с минтаем или сельдью и объявлять разницу переплатой за импорт бессмысленно без учёта вида, разделки и условий продажи. Время доставки тоже не заменяет расчёта транспортных затрат. Заявления о «минимальных» наценках посредников требуют анализа цепочки цены — его в статье нет.

Поддерживать отечественную рыбу нужно фактами, а не запугиванием покупателя. Доказательств того, что именно импорт сделал российскую рыбу дорогой, публикация не предъявляет.

Да и в целом для нас, как для людей с Дальнего Востока, нет проблем купить дикую рыбу — хоть скумбрию, хоть чавычу. На наш взгляд, у здравомыслящего человека не возникает вопроса, что стоимость чавычи, нерки или синекорого палтуса высокая из-за импортной рыбы. Там много других предпосылок, но точно не импорт!

Источник: «Ни рыба ни мясо»